Федор Михайлович Куликов, был молодым политруком (двадцать с небольшим). В бою обязан был быть впереди всех, заражая личным примером – ну и был. Там его и контузило. Контуженным, раненым, без сознания попал в плен, в концлагерь. Работал в каменоломнях, там ему перебило обе ноги, причем я помню и следы от пуль в ногах у него были – когда ранили, то ли когда попал в плен, то ли уже в лагере, не знаю. Чтоб не расстреляли, ходил на этих переломанных ногах в лубках. На них же и бежал из концлагеря, уже в конце войны. В лесу его сотоварищи подобрали свои – то ли партизаны, то ли разведчики (причем одеты были как немцы – это отдельное переживание, убежать от них он не мог, на перебитых ногах не побегаешь). После войны работал на руководящих должностях, однако всегда ждал, когда за ним придут, чтобы отправить в Сибирь как бывшего лагерника. В результате имел какой-то минимум медалей, типа, к какой-то годовщине Победы (30-ой? 40-ой? – не помню). Потму что документы-то пропали, когда его нашли без сознания фрицы и забрали. Ходил пешком по несколько км то с одной, то с двумя палками на работу, по несколько километров – у него был шофер, но он тренировался. Собак всю жизнь боялся, овчарок ненавидел – ими травили заключенных. Вышел на пенсию – и постепенно сошел с ума, ожидая, когда за ним придут. Ну и от мук от ран – регулярно лежал в военном госпитале, эти пулевые ранения воспалялись все время.