Прямо от стекловаренных печей призвали на фронт Бориса Филипповича. Какое-то время находился в Гороховецких лагерях, потом зачислили в пулеметный батальон. Участник битвы за Москву — сражался за нее на Волоколамском направлении и под Калугой, обеспечивая плотный огонь в сторону врага. То и дело приходилось менять не только накалившиеся стволы, но и огневые позиции, таская за собой 60-килограммовый пулемет. В конце октября намерения фашистов были сорваны. Но тут солдата настиг другой страшный враг — сыпной тиф. Выкарабкался буквально с того света, был признан негодным к строевой, отослан на охрану Кузьминских лагерей. В составе рабочего батальона, копал подо Ржевом траншеи, противотанковые рвы, строил доты, дзоты, блиндажи. Через Старицкий военкомат добился зачисления в 212 Кричевскую Краснознаменную орденов Суворова и Кутузова гвардейскую дивизию, стал музыкантом дивизионного оркестра (все братья, кроме старшего, до войны играли в духовом оркестре). Во время сражений музкоманда вместе с санитарами выносила с передовой раненых, помогала в медсанбатах и госпиталях. Борису доводилось даже ассистировать хирургу. Во время же фронтового затишья оркестр давал концерты. Когда исполнялись песни, танцы и разудалые пляски, огонь с немецкой стороны не только ослабевал, но порой и вовсе прекращался. Войну Борис закончил в Берлине, служил там до 1948 года. Награжден медалями «За боевые заслуги» получил из рук маршала В.И. Чуйкова. В мирные дни Борис Филиппович ненадолго вернулся к своей первоначальной профессии стеклодува. Затем на протяжении десятилетий был заместителем директора клуба (позже — ДК им.Ленина) по хозяйственной части.