Петров Прокопий Еремеевич был призван на войну в 20-х числах июня 1942 года. Из их колхоза в тот день ушло на фронт 4 человека, а вернулся один наш дед. Оставшимся тоже пришлось тяжело, люди умирали от голода и болезней. На войну его проводили тесть с тещей, жена и четверо детей, а вернувшись, дед нашел трех своих сирот в чужом доме. О войне рассказывать не любил, да и некогда, видимо, было. Отец наш вспоминал лишь несколько случаев, рассказанных ему дедом. Вот один из них. Во время атаки Прокопий был ранен и остался на поле боя. Приближалась ночь, уже стемнело. И вот по этой темноте немцы начали ходить по полю и разыскивать живых, некоторых добивали. Дед приготовил для себя последнюю пулю. И тут из темноты послышался шепот: "Живые есть?" Дед закричал: "Я здесь, товарищ!". Это был санитар, большой, здоровый русский парень. Он подполз к деду, взвалил его на плечи и побежал по полю зигзагами. Немцы стреляли им вслед, и было видно, как летят пули в темноте. Но все-таки в них не попала ни одна пуля, и дед был спасен.Дед воевал в армии Рокоссовского, в пехоте, дошел до Кенигсберга, в сражении за этот город был тяжело ранен. А вот его часть ушла дальше на запад, участвовала во взятии Берлина. После взятия Берлина фронтовые друзья приехали за ним в госпиталь и повезли его в Берлин. Вот так якут из маленького таежного наслега побывал в столице оккупированной Германии. Дед рассказывал, что их было пять фронтовых друзей – татарин (он был старшим по званию), русский, якут, таджик и еще кто-то. К сожалению, многие подробности уже забылись. Когда после победы над Германией они прибыли в Москву, им объявили, что их часть отправляют на японский фронт. Так что дед вернулся домой только осенью 1945 года. У дедушки было несколько медалей: «За отвагу», «За боевые заслуги», «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией», «За победу над Японией», но все они потерялись. Даже сведения о его наградах мы нашли в интернете. Дедушка умер в 1958 году, так и не увидев ни одного внука.