Мой дедушка Махтей (Матвей) Степанович родился до первой мировой войны, так как есть фотография молоденького солдатика, как раз времён войны 1914 года.  Бабушка Вирка (Вера) Веремеевна вышла замуж за деда где-то в 1918-1919 году, и в 20-м году родился сын Григорий, потом родились дочери Ольга в 1926 году и Оксана (моя любимая тётенька) в 1931 году. С ними жили прадедушка Степан и прабабушка Олена. Когда родилась тётечка, стариков уже не было в живых, но из её слов, прадед был хорошим, добрым, а прабабка была «зловредной». Прадед был сильным духом и телом, он в старости ходил пешком в Одессу. Папа рассказывал, как, обедая всей семьёй, ели из одной большой миски, стоявшей на столе, черпали по очереди деревянными ложками и папе часто доставалось ложкой по лбу за то, что он или лез вне очереди, или пытался зачерпнуть гущу со дна раньше других. На фото бабушка Вирка, дед Махтей, маленькая Оля, прабабушка Олена, прадед Степан и Грицко. Скорее всего это 1928 год, так как тёте Оле годика два. Дед Матвей преподпвал в сельской школе уроки труда и вёл кружок авиамоделирования. Когда началась война, немцы очень быстро дошли до Черкащины.   10 августа 1941 г. в село вторглись захватчики, которые установили новый «порядок»: грабежи и расстрелы, в центре села разрушено было всё; 129 юношей и девушки вывезены в фашистское рабство. Тётя Санечка рассказывала, как дед и тётя Оля прятались от немцев. Дед выкопал во дворе яму, набросал поверх неё хвороста –там скрывалась тётя Оля (15 лет), боясь быть угнанной в Германию.  Себе он вырыл нору в кучугуре, где и прятался, однажды его присыпало, бабушка и тётя Санечка (10 лет) отрыли его.  Тётечка вспоминает, как по селу бродили немцы: «Млеко, млеко, бабка, давай», страшно было. 14 декабря 1943 г. Боровицу освободили от немецко-фашистских оккупантов. Дед ушёл на фронт, погиб он под Кировоградом. Перехоронен в братской могиле на Черкащине в селе Петропавловка Городыщенского района. Бабушка ездила его разыскивать, но не нашла, а потом уже тётечка со своим мужем дядей Ваней ездили и им рассказали, что при перезахоронении были найдены останки героя с характерным пулевым ранением, тётенька сказала: «Это мой батько».