Геннадий Михайлович Черепа­нов из села Высокова на войну от­правлялся, когда ему не исполни­лось и восемнадцати. Не до весе­лья было, но односельчане, про­вожая призывников, добродушно шутили: надо же, Генко-то Грунин (так звали по матери) вымахал, видно, изо всей осины сделан, храни его Бог. И верно, Господь не обидел ни ростом, ни силой де­тинушку: 'смолоду могутным был да здоровым Геннадий. Не зря же, наверное, с первых дней попал он в зенитно-артиллерийский полк, сначала курсантом, а потом бой­цом и командиром отделения крупнокалиберных пулеметов. Армейские знают, а остальные могут лишь представить, что 'на вооружении у таких пулеметов, помимо обычного стрелкового снаряжения и полной боевой вык­ладки, махина весом 180 кило­граммов, да тяжеленные банки с патронными лентами. И все это надо таскать на своих горбах. Хо­рошо еще, что пулемет легко раз­бирается ("тело", станина и щит) и на марше несут его всем отде­лением, а то и на подвернувший­ся транспорт погрузят. А вот в боевой обстановке управляться зачастую втроем приходится, осо­бенно при смене позиции, когда огонь по противнику надо вести дорожа, каждой секундой. В жару и холод, по бездорожным хлябям, по вьюжным заносам, снежным суметам и лесным падям; через степи и реки с боями прошел Черепанов, считай, пол-Европы, побывав в Украине и Румынии, в Югославии и Венгрии.Если рассказывать о всех его фронтовых дорогах и эпизодах, не хватит и газетного листа. Шутка ли, форсирование Днепра, жесто­чайшая Корсунь-Шевченковская, Ясско-Кишиневская и другие опе­рации, Днестр, Дунай. А сколько безымянных мест и местечек, го­родов, хуторов и поселков!;Чего только ни случалось в "боях-пожарищах", но одним из самых ярких событий считает он, когда удалось в роли зенитчика (такой пулемет можно использо­вать в качестве зенитки) сбить два фашистских самолета. При этом один самолет оказался итальян­ским. Могли наградить и орде­ном, но он, как Василий Тер­кин, не гордый, был согласен на медаль. Впрочем, солдатская ме­даль "За отвагу" по значимости не ниже другого ордена и дает­ся за конкретный личный под­виг. Так вот таких у него две.Памятны ожесточенные бои на венгерской земле, когда уже закан­чивалась война. Он и сам дивился, как ему повезло, что за все эти годы ни разу не ранило, ни дня не был не только в госпитале, а даже, в медсанбате. Лишь тогда, в пос­леднем сражении, разрывная пуля, искромсав рукав фуфайки* слегка задела руку, все обошлось обыкновенной перевязкой. Зато город был взят и будто, про него, нашего бойца Черепанова, пел потомМарк Бернес: "... и на груди его светилась медаль за город Буда­пешт".Домой в Высоково старший сержант Черепанов вернулся только весной 1947 года, (попал, что называется: вдоль службы) и сразу взялся за дела хлеборобские. То он работал трактористом, а на пятом десятке лет, закончив сельхозтехникум, был и механиком, и на инженер­ных должностях. Дело свое знал и вел основательно.Умер 30 января 2004года.