Однажды, листая старый, запылившийся дедушкин альбом и рассматривая выцветшие от времени черно-белые фотографии, я наткнулся на фотографию, из которой на меня смотрело улыбчивое, доброе и до боли знакомое лицо. Не медля, я узнал у дедушки, кому же оно принадлежит.
Прадед. Мой прадед. Богатырёв Илья Васильевич. Человек, которого никогда не видел даже мой дедушка, но чью фамилию я ношу. Прадедушка мой с раннего детства мечтал стать военным, и мечта его, как ни странно, сбылась. Окончив семилетку, он сдал экзамен и поступил в военное училище в 1937 году. Хотя служба – дело тяжёлое, но времени у моего прадеда хватало не только на неё. В отличие от большинства своих сверстников, прадед мой спорт очень любил, лёгкую атлетику, и потому некурящим был. И в один прекрасный день он по воле судьбы встречает ту самую, которая впоследствии стала моей прабабушкой Марией.
Поженились они в 1940 году, а через год у них рождается сын, как прадед и мечтал. Хотелось ещё много чего сделать: дом свой возвести, дерево посадить, сына вырастить. Но в жизнь его, как и тысяч других людей, нагло и бесцеремонно вторглась война. Мой прадед, как человек служивый,  с первых дней фронте, ради жены и двухмесячного сына, ради всей страны. Военные действия ему пришлось вести в Белоруссии.
И вот – Западный фронт.. Именно против Западного фронта была развернута наиболее мощная вражеская группировка, сосредоточившая для первого удара более семисот тысяч человек. И прадеду пришлось с первых же минут прибытия на фронт увидеть, что на самом деле представляет собой эта страшная война. Одновременно по всей границе Западного фронта противник открыл артиллерийский огонь, подкрепив его поддержкой с воздуха около 60 бомбардировщиков. Закрепившись в сосновом бору, там в лесу и оврагах, разместив технику и понастроив землянок, изо всех сил старались наши воины держать оборону и сдерживать натиск врага. Огромными были потери наших войск в тех боях, которые впоследствии назовут Белорусской стратегической оборонительной операцией. Но прадед остался жив, хоть и потерял многих из друзей, с кем еще недавно вместе прибыл на передовую. В звании гвардии лейтенанта прадед получает должность командира взвода связи кавалерийского полка 32 кавалерийской Смоленской дивизии.
Но не только бойцы внесли существенный вклад в эту победу, но и небезызвестная Белорусская кавалерия. Именно кавалерией заменялись танки и тяжелые машины. Одной из причин этого выбора являлось бездорожье, коим славилась белорусская земля. Там, где застревали тяжелые автомобили, не могли проехать массивные танки, - легко проходили эти выносливые животные. Они оказались незаменимыми при проведении прорывов, внезапных рейдов, диверсий и налетов на тылы противника. Да, именно лошади, в которых прадед души не чаял до конца своей жизни, подчас становились для солдат настоящими боевыми побратимами.
 В начале 1944 мой прадед, был перенаправлен на службу в деревню Буды, в составе всё того же кавалерийского полка. Дела здесь обстояли куда спокойнее, но продолжалось это недолго. В мае 1944, ровно за год до Великой победы, целью немцев стала эта деревня, являющаяся опорным пунктом для наших войск. Силы противника были превосходящими, атака была неожиданна, и, к огромному несчастью, мой прадед, обороняя деревню в составе восьми человек, до последних секунд своей жизни оставаясь командиром и отбиваясь от врага из последних сил, погиб. Не суждено было сбыться мечтам о своём доме, о своём дереве, о своём возмужавшем сыне. В 1947 году был перезахоронен в братской могиле в деревне Буды с отданием воинских почестей. Так и будут стоять в одном строю бессмертного полка я и мой прадед. Я без капли сомнения могу сказать о том, что мой прадед – герой. Я бесконечно благодарен ему за то, что он сделал для родины, для меня, ведь родился и я.
Я помню о нём, я горжусь им!