Бессмертный полк России

ГЕРОИ НЕГРОМКИХ ПРОФЕССИЙ. Прачка

4 июля 1944 года медалью «За боевые заслуги» была награждена Антонина Спирина – скромный работник прачечного отряда отдельной роты интендантского снабжения 30-й стрелковой Киевско-Житомирской Краснознаменной дивизии. Ей тогда едва исполнилось 17 лет, а на войну она ушла в 15, когда боевые действия подошли к ее родному Геленджику.

За смену прачки вручную стирали до трех сотен пар белья. Конечно, никаких автоматических машин тогда не было. Были ручные, требовавшие крутить ручку, чтобы проворачивать барабан с заложенным туда бельём. За один сеанс стирки можно было выстирать до двадцати пар белья, при этом требовалось самому крутить барабан. Затем вытащить бельё, вручную выжать, повесить сушиться. Затем снова кипяток и снова бельё. Когда не работали и такие машинки, бельё стиралось вручную.

«Белье привезут, оно заношенное, завшивленное. Халаты белые, ну эти, маскировочные, они насквозь в крови, не белые, а красные. Черные от старой крови. В первой воде стирать нельзя - она красная или черная, - вспоминала Мария Детко. - Гимнастерка без рукава, и дырка на всю грудь, штаны без штанины. Слезами отмываешь и слезами полощешь. И горы, горы этих гимнастерок... Ватников... Как вспомню, руки и теперь болят. Зимой ватники тяжелые, кровь на них замерзшая. Я часто их и теперь во сне вижу... Лежит черная гора…».

Согласно инструкции 1940 года прачечный отряд из 37 человек должен был выстирать 35 тонн белья в месяц, если лето, и 55 тонн, если зима. При этом мыло было не всегда и в котлы зачастую засыпали золу или дуст. От него вши погибали практически мгновенно, а эта была одна из основных проблем во время войны. К примеру, к сентябрю 1941 года в частях Западного фронта «завшивленность» личного состава превышала 85%, а на Калининском фронте и вовсе 96%. Плюс в годы войны резко снизилось качество мыла и практически полностью прекратились поставки соды для стирки.

«Давали нам 20-25 граммов мыла – на одного солдата постирать белье. А оно черное, как земля. И у многих девушек от стирки, от тяжестей, от напряжения были грыжи, экземы рук, слазили ногти, думали, что никогда уже не смогут они расти. Но все равно день-два отдохнут - и нужно было опять стирать, - рассказывала Анна Горлач.  - А 8 марта 45-го года мы устроили себе праздник. Чай. Какие-то конфеты раздобыли. Выходят мои девчата на улицу и вдруг видят: идут из леса два немца. Волокут за собой автоматы... Раненые... Мои девчата окружили их. Ну и я, как замполит, конечно, написала в донесении, что сегодня, восьмого марта, прачки взяли в плен двух немцев.
Назавтра у нас было совещание командиров, начальник политотдела первым делом объявляет: «Ну, товарищи, я хочу вас обрадовать: скоро конец войне. Вчера прачки из двадцать первого полевого прачечного отряда взяли в плен двух немцев. Все захлопали».

Так женскими руками ковали мы нашу Победу.