Где полегли без имени герои?

18.10.2019

МОЯ КРЕПОСТЬ

Эхо войны. 97-летняя жительница Наследницкого разъезда рассказала о захороненных ею в селе солдатах.

Где полегли без имени герои?

Эта история стала известна лишь недавно благодаря сотрудникам Брединского районного историко-краеведческого музея. Анна Будакина и Татьяна Тетянюк в ходе работы по проекту на тему местных лекарственных трав посетили старожила в Наследницком разъезде Марию Иванкину. Бабушка же вспомнила и другие — вовсе уникальные сведения о том, как в войну хоронила в местном лесу погибших от ран солдат.

Мария Спиридоновна Иванкина, в девичестве Шушнаева, родилась в 1923 году в Мордовии. Задолго до войны их многодетная семья переехала cюда, на Южный Урал, — на прежнем месте было совсем голодно. Поэтому уже в Наследницком разъезде прошли детство и юность Марии.

— Нас у мамы с папой было семеро — три дочери и четыре сына, — вспоминает Мария Спиридоновна.

— В школе поучиться мне не удалось, и осталась навсегда неграмотной. Лет с четырнадцати пошла работать на железную дорогу путейцем — монтёром, обходчиком. Очень тяжёлая была работа, но никогда не жаловались.

Вместе с Марией в войну пошла работать на железную дорогу её близкая подруга, жившая по соседству, Анастасия Доценко. Вдвоём со Стюрой, как называла её Мария Спиридоновна, они были участниками следующих событий.

— Мимо нашей станции шли эшелоны с оружием и санитарные поезда с ранеными, — рассказывает бабушка. — Несколько раз эти поезда останавливались, с вагонов снимали умерших от тяжёлых ранений солдат. Нам, девчонкам, приходилось их хоронить. Зима ли, лето было — не важно, на подводе увозили в ближайший лес и предавали земле. Помнится, хоронили каждого в отдельную могилу. И по сей день там должны возвышаться безликие могилки, без ограды и крестов. Стюры уже не год, как не стало, а не станет и меня, тогда забудется, что здесь покоятся советские солдаты. Всю свою жизнь потом эта женщина трудилась на железной дороге, её портрет не сходил с Доски почёта как отличника пути. Работа была не из лёгких, приходилось грузить смоляные шпалы и менять рельсы, выполнять мужскую работу. Награждали её не раз: и грамоты и медали за успехи в труде имеются, и юбилейные медали Великой Отечественной, выданные как труженице тыла. Общий стаж работы на железной дороге у Марии Спиридоновны составляет 42 года.

Есть у Марии Иванкиной и медаль «Мать-героиня». С супругом, тоже железнодорожником, они вырастили и дали дорогу в жизнь семерым детям. Все они выучились и разъехались. Сейчас 97-летняя Мария Спиридоновна, с годами совсем потерявшая зрение, живёт в родной деревне с младшим сыном Владимиром. Что же касается истории безымянных могил советских воинов в лесу, то больше об этом спросить некого. Главе Наследницкого сельского поселения Раисе Мальцевой тоже впервые довелось услышать о вероятных захоронениях военных на их территории только от нас.

Неделю назад «СН» вместе с председателем районного совета ветеранов Надеждой Козловой и сотрудником музея Анной Будакиной побывали на предполагаемом месте, которое называет Мария Иванкина. Слепцовский колок находится неподалёку от деревни и железной дороги. В этом лесу другая местная жительница, Наталья Слепцова, показала несколько могильных холмиков, расположенных не рядами, а беспорядочно. Мы насчитали порядка пяти, однако это только те, что со временем остались возвышаться. На их счёт, правда, у односельчан было другое мнение, что там лежат родственники семьи Слепцовых. Хотя ни крестов, ни оград, да и зачем за огородами родню хоронить — кладбище у деревни есть. Итог нашей поездки таков: те это могилы или не те — неизвестно, однако не верить старожилу оснований нет, но и проверить необходимо тщательнее. Подобные факты, когда с передвижных эвакогоспиталей снимали на ближайших станциях по дороге в тыл умерших солдат, были далеко не единичными. В частности, известно, что на старом кладбище в Бредах есть три братские могилы, где похоронены погибшие в дороге от ран бойцы. Хотя многочисленные запросы по установлению их имён в различные архивы, которые в течение года посылала председатель совета ветеранов Надежда Козлова, не увенчались успехом.

В поиске решения «СН» обратились к руководителям регионального отделения общероссийского движения «Бессмертный полк России» Игорю Белехову и Елене Скорняковой, с которыми не раз сотрудничали в вопросах патриотического воспитания, в том числе сохранности исторических памятников.

— На прошлой неделе созданная по инициативе членов Общественной палаты Челябинской области — лидеров региональных отделений «Бессмертного полка России», «Поискового движения России» и областной организации ветеранов — комиссия по патриотическому воспитанию и ветеранскому наставничеству дебютировала в качестве партнёра на площадке «круглого стола», инициированного комиссией Общественной палаты Российской Федерации. Важнейшей темой повестки стало обсуждение вопросов, связанных с реализацией федеральной целевой программы «Увековечение памяти погибших при защите Отечества на 2019-2024 годы» — говорит руководитель комиссии Елена Скорнякова. — Одной из важных тем, которую затрагивали участники «круглого стола», является тема госпитальных захоронений. К сожалению, далеко не все «официальные» братские могилы в регионе имеют полные и достоверные сведения об именах умерших от ран и болезней воинов. Зачастую это имена и фамилии нескольких солдат и офицеров, а на деле, по сведениям очевидцев и по выявленным поисковиками документам, там могут покоиться до восьмидесяти человек. Поиск данных по идентификации безымянных захоронений — это очень сложная проблема. Как раз сейчас мы совместно с коллегами разрабатываем план действий, связанных с новой программой, и я обязательно предложу включить ваше исследовательское мероприятие в план совместных действий. Рассчитывать, что вся нужная информация будет с лёгкостью добыта, конечно, не стоит. И лет прошло очень много, и не всегда такие захоронения совершались по правилам и фиксировались должным образом. Сколько таких госпитальных эшелонов двигалось в тыл, как до последнего старались врачи и сестрички спасать жизни воинов! Не всегда была возможность контролировать процесс захоронений воинов, снятых с идущих дальше поездов. Помимо кропотливого профессионального поиска большим подспорьем может стать полезная информация местных краеведов, да и простых жителей. Все вместе мы должны помнить, что «Никто не забыт. Ничто не забыто!» для нас не просто красивые слова, это напоминание нам, живущим, о долге перед теми, кто не дожил до Победы. Давайте будем об этом долге помнить всегда».

Александра ЦЫГАНОВА